Николай Николаевич Горлов – выдающийся русский живописец – родился 19 января 1917 года в Омске. Он рано остался круглым сиротой и после непродолжительной жизни в семье дяди попал в местный детский дом. Порядки там были точь-в-точь такие, какие описаны в бессмертном романе Ильфа и Петрова «12 стульев». Дети недоедали, ходили оборванные. В 1932 году Н. Горлов бежал из Омской колонии для беспризорников и приехал на Казанский вокзал в Москву. Задержанный сотрудниками по борьбе с детской преступностью, он был отправлен в бывшее имение купца Е. Скальского в Наташино, а уже оттуда Горлов попал в Люберецкую трудовую коммуну им. Ф.Э. Дзержинского, которая располагалась в стенах Николо-Угрешского монастыря. Первые серьёзные уроки живописи Горлов получил именно в коммуне в изостудии ученика Ильи Ефимовича Репина – Аникиты Петровича Хотулёва (1871-1941). Было это уже в 1934 году.
В апреле 1936 года в Москве в Театре народного творчества (ныне Театр сатиры) в рамках 10-дневного фестиваля трудовых коммун была развернута большая выставка картин и рисунков художников трудовых коммун. На этой выставке Николай Николаевич Горлов представил 29 работ маслом, карандашом, углем, пером, акварелью. Среди них: «Музыкальная фабрика», эскизы к картине «Не дадим погибнуть». Были представлены пейзажи, портреты, натюрморты. К сожалению, многие работы студийцев погибли в начале Великой Отечественной войны во время бомбардировок фашистской авиации.
Николай Горлов выделялся среди однокашников необычайной художественной зрелостью, которая позволяет предположить, что он занимался живописью еще до прибытия в коммуну, находясь в колонии Наташино.
Студийцам очень хотелось пригласить к себе профессиональных художников в качестве шефов, с тем, чтобы продолжить художественное образование. Летом 1936 года Н. Горлов с двумя товарищами, В. Сорокиным (ныне – известный художник) и И. Политовым (впоследствии погибшим во время Великой Отечественной войны) приехали в Москву к Б.В. Иогансону и, уже через неделю, Б.В. Иогансон и Г.М. Шегаль приехали в трудкоммуну № 2. В том же году, когда директор Художественного института им. Сурикова И.Э. Грабарь ознакомился с творчеством Н. Горлова и его товарищей, он зачислил всех троих без экзаменов сразу на второй курс института.
Грабарь очень ценил Горлова как талантливого студента. Первыми педагогами Николая Горлова в институте были Б.В. Иогансон, А.А. Осмеркин, М.Ф. Шемякин.
С. Дудник, народный художник РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, профессор — вспоминал: «В 1937 году я перешел в мастерскую, где преподавали Иогансон и Шемякин, и с того времени началась наша дружба с Николаем Николаевичем Горловым. Жили на Трифоновке в общежитии Художественного института. Радостным моментом были поездки летом в Козы (Крым) на творческую базу МГХИ. Студенты могли там много работать, загорать и купаться в Черном море. Уже тогда Николай Николаевич Горлов обратил на себя внимание как талантливый живописец».
В 1939 году журнал «Искусство» писал о Н. Горлове и о безвременно умершем (в 1942 г.) его сокурснике Е. Диффинэ: «Им обоим свойственна большая свобода и уверенность в обращении с цветом и точность в передаче зрительских впечатлений».
В 1942 году Суриковский институт был эвакуирован в Самарканд. В это время Н. Горлов под руководством И.Э. Грабаря работал над своей дипломной картиной «Штурм Зимнего дворца». В мае 1943 года эта картина была выставлена в ГМИИ им. Пушкина. И хотя Грабарь подверг эту картину достаточно суровой критике, он называл Н. Горлова «незаурядным явлением». В 1943 году, Николай Николаевич Горлов был принят в члены Союза художников.
С Б.В. Иогансоном Н. Горлов встречался и на летней практике в Козах, в Крыму и в Абрамцево, на даче Иогансона. Борис Владимирович Иогансон познакомил Н. Горлова с творчеством Константина Коровина, учеником которого он был в свое время, раскрыл ему немало творческих приемов своего учителя. Н. Горлов настолько был впечатлен этим, что, впоследствии, когда у него 5 марта 1945 года родился сын, он назвал его в честь Коровина – Константином.
В 1997 году К.Н. Горлов (сын художника) вспоминал, что «помнит детство по резким запахам пинена и масла, так как семья Горловых жила в мастерской, которая превращалась в жилую комнату только вечером, когда из нее уходили художники.
В декабре 1979 года на выставке объединения 12-ти московских живописцев в Москве на Кузнецком Мосту, Николай Николаевич Горлов выставил 23 работы. Среди них: крымский пейзаж «Гурзуф» (1975); женские портреты «Мать» (1957), «Вика» (1958) и «Таня» (1968); тонкий весенний пейзаж «Весна. Саввинская слобода» (1968); великолепный зимний пейзаж «Таруса. Иней» (1973); очень красивая работа «Крым. Интерьер» (1975); осенние пейзажи — «Московский кремль. Осень» (1968) и «Московская Консерватория. Осень» (1973).
Н. Горлов не пользовался расположением руководителей Союза художников СССР и чиновников Министерства культуры СССР и не стремился его завоевать. Он не получил почетного звания «Заслуженный художник России». Его работы не издавались в альбомах, о них не написано ни одной монографии. Ему ни разу не предоставили возможность выехать в творческую командировку для знакомства с шедеврами мирового искусства в ведущих музеях мира – возможность, которую имели большинство его коллег.
Николай Николаевич Горлов был живописцем от Бога. Он писал только с натуры. В его работах много света, они очень экспрессивны. Он видел натуру цельно, и свое видение умело воплощал на холсте. Николай Николаевич создал много тематических полотен, портретов, натюрмортов и особенно много пейзажей.
В творчестве Горлова отчетливо прослеживаются три периода: первый (студенческие годы) — работы очень тонкие по живописи; работы второго периода передают плотное, цельное состояние среды; а в работах третьего периода много света и экспрессии. Очень любил писать солнечные мотивы. Как говорил Николай Николаевич, самое важное — передать первое впечатление от натуры.
Пейзажи Николая Горлова, независимо от того, что на них изображено – природа или архитектурные ансамбли Москвы — всегда разработаны в сложных цветовых соотношениях, в их тонких градациях. Точные колористические акценты придают его картинам неизъяснимое очарование. В течение своего творческого пути живописец освоил несколько творческих направлений изобразительного искусства: он работал и в академической манере, и в манере импрессионизма, и весьма удачно пытался сочетать их с модернистскими приемами второй половины XX века.
Огромное количество больших живописных полотен самых разных жанров, повторяемость одних и тех же сюжетов, отличающихся друг от друга тончайшими нюансами, обрушивает на зрителя лавину впечатлений. Художник писал пейзажи и портреты темпераментно, энергично, крупным размашистым мазком. Его творчество охвачено неуемной жаждой жизни, жаждой новых впечатлений.
При многократном созерцании эти стихии обретают стройность, целостность, складываясь в серии картин, своеобразные живописные сюиты. Возвращение на круги сходных сюжетов не было простым повторением, но новым осмыслением с высоты иного, более богатого творческого и жизненного опыта. Это был постоянный живописно-пластический поиск.
Сравнивая ранние и зрелые работы художника, мы отчетливо видим процесс постижения гармонии соотношений линий и цветовых пятен, контрастов света и тени, законов перспективы. Он учился видеть природу в причудливом переплетении красок, отражений, бликов солнца. В пронизанных светом, насыщенных по колориту крымских пейзажах художник передает яркие тональности природы, строит красочную гамму своих полотен на оттенках красного, желто-зеленого, охристого, изумрудного, небесно-голубого цветов.
Часто одни и те же виды писались в разное время года и суток, с разных точек восприятия. В результате сложились группы полотен, которые ныне принято объединять в серии: «Горки», «Золотое кольцо», «Большой Девятинский переулок», «Сенеж», в которых ярко проявилось радостное, жизнеутверждающее мироощущение художника. На его полотнах природа дышит, волнуется, живет. Он мастерски передает игру бликов солнца на речной поверхности, серебристую рябь, бегущую по водной глади, волнение леса, охваченного порывом ветра… Даже осень в картинах Н. Горлова представляется не столько увяданием, сколько щедрой урожайной порой. Несколько особняком в творчестве художника стоят картины серии «Самарканд». Они передают колористические впечатления художника от Средней Азии. В этих картинах доминирует солнечный свет, раскаленный, словно расплавленный, недостаточно прозрачный воздух, неясные расплывчатые контуры предметов.
Мир Николая Горлова наполнен запахами, эмоциями, ощущениями. Лирический герой его полотен живет среди полупрозрачных перелесков, полноводных рек, ядреных, пахнущих смолой, лесов. Живопись Горлова – красочная, пастозная, плотная, с крепкой фактурой. Он виртуозно обыгрывает пластические свойства предметов, помещая их в замкнутое световоздушное пространство. В его натюрмортах, по-фламандски сочных, завораживающих, сполна проявился мощный темперамент художника. В творчестве Горлова органично переплетаются искусство и жизнь. Он словно стремится объять необъятное, все понять, все прочувствовать. Через этюды, наброски, эскизы художник восходил к выдающимся художественным полотнам.
Горловский натюрморт блистает необычайным совершенством композиции, рисунка, цвета, ритма линий и цветовых пятен. Виртуозная, излучающая гармонию живопись имеет глубокие национальные корни и перекликается с творчеством классиков – К. Коровина, В. Серова, И. Репина, А. Герасимова.
Отдельно стоит упомянуть Горловскую Пушкиниану. Эту тему навеяло пребывание в Крыму, в местах, связанных с именем великого поэта. Художник внимательно изучал творчество Пушкина, знал наизусть многие его стихи. Лирико-эпическим настроением проникнута картина «Пушкин в Гурзуфе в семье Раевских» (1949-1950). Ее образный строй сродни романтическим балладам и стихам, созданным поэтом во время южной ссылки. Она продумана в каждой детали, точно передана атмосфера южной ночи, близость берега моря, силуэты гор. Все это гармонично сочетается с жесткой конструкцией пластической композиции. Блики свечей и лунный свет падают на лицо поэта – оно дышит вдохновением и радостью общения с семьей Раевских – близких друзей поэта. Впоследствии художник написал «дневной», солнечный вариант этой картины. Накануне Н. Горлов написал картину «Пушкин в Гурзуфе», о которой говорил так: «Мне хотелось передать в ней состояние внутреннего покоя, обретенного Пушкиным в семье Раевских после долгих мытарств и переживаний. Я умышленно подчеркиваю некоторую «дикость», девственность пейзажа, с сурово громоздящимися скалами для того, чтобы на этом фоне более рельефно и выпукло вырисовалась центральная фигура Пушкина – творца бессмертных произведений. Продолжая Пушкиниану Н. Горлов написал картины «Пушкин среди декабристов» (1953), «Могила Пушкина» (1981), «Скамья Онегина», цикл пейзажей села Михайловского (1981).
Н.Н. Горлова часто можно было видеть с мольбертом в разных уголках Москвы. Он охарактеризовал свой метод работы на пленэре так: «по солнышку ходить», и «на восторг писать». Художники 50–х годов любили этюды. Этюд пишется «на раз», на состояние, «на восторг». По этюду можно определить даже время суток, когда он написан: по теням, по солнцу, по облакам. В России такую практику внедрил Константин Коровин, который во Франции заимствовал у импрессионистов их методы работы. Этюды выглядят законченно, поскольку складывается определенное впечатление, Вот, например, — «Парк Горького» — большой формат, деревья в полный рост, солнца нет — ощущение простора и грусти. Рядом — тот же пейзаж, но в другом настроении. Художник не стремится проработать все до иголочки, а хочет передать первоначальное впечатление, показать контраст настроения на одной и той же натуре. Неоспоримое достоинство этих этюдов в точной передаче атмосферы 50–х годов с их дачными верандами, осенними листьями за окном, чаепитиями, мостиками с балясинами…
Умер Николай Николаевич Горлов в Москве 23 сентября 1987 года.
Н.Горлов оставил, по разным оценкам от 900 до 1500 картин, многие из которых до сих пор неизвестны рядовым ценителям искусства.
По натуре Николай Николаевич был оптимистом, любил все красивое, музыку, поэзию. Был очень скромным, уважал своих друзей и искренне радовался их успехам. Он любил дарить свои произведения народным картинным галереям. Произведения Н. Горлова находятся в музеях и картинных галереях Москвы, Иркутска, Симферополя, Минска, Омска, Горловки (Донецкая область), в народных картинных галереях села Шушенское (Красноярский край), села Льялово (Московская область), города Данков (Липецкая область). Три работы находятся в собрании Государственной Третьяковской галереи: «Крым. Под зонтиком» (1939), «Козы. Полдень» (1940), «Гремячево» (1950). 15 картин Н.Горлова в 1987 году были приобретены для санатория-профилактория ФГУП «Федеральный центр двойных технологий «Союз» с тем, чтобы впоследствии они были переданы в музей города Дзержинский. В коллекцию попали известные работы живописца «Колокольчики», «Горки Ленинские», «Московская консерватория», «В огороде».
Мастер пейзажа, удивительный портретист, человек необыкновенного творческого диапазона и работоспособности, Горлов оставил заметный след в истории современного изобразительного искусства. Его по праву можно поставить рядом с выдающимися русскими живописцами XX века: К. Коровиным, В. Серовым, Н. Рерихом, А. Герасимовым, И. Грабарем, Б. Иогансоном.
Впервые за пределами России 30 картин Н. Горлова были представлены в Лондоне в 1989 году на выставке русской живописи, организованной известным британским галеристом Роем Майлсом (Roy Miles Gallery), который назвал Николая Горлова «великим художником из Москвы». Эта выставка принесла живописцу мировую известность. Его картины стали покупать за границей, выпускать буклеты в Германии, Великобритании, Швеции. В 2008 году одна из наиболее известных работ Н.Горлова «Пушкин в Гурзуфе в семье Раевских» была представлена на грандиозной выставке русской живописи и прикладного искусства в Стокгольме
1917 – 1987
